В Шемурше продолжается громкое дело: свидетели путаются, а история всё меньше похожа на уголовную

Суд по делу главы Шемуршинского округа Сергея Галкина выходит на новый виток — и чем дальше, тем страннее всё выглядит. Напомним: чиновнику вменяют причинение лёгкого вреда здоровью 70-летнему охотоведу. Не коррупцию, не злоупотребления — удар по уху. Из хулиганских побуждений.

По следствию, всё произошло весной 2025 года на встрече охотников в районной станции по борьбе с болезнями животных. На эмоциях, в споре. Казалось бы, обычный мужской конфликт. Но после того, как дело дошло до суда, показания начали «плыть» буквально на глазах.

На первых заседаниях выяснилось сразу несколько деталей, достойных отдельного акцента.

Во-первых, значительная часть свидетелей, заявленных потерпевшей стороной, в том самом помещении даже не находилась. Они «ремонтировали крышу» на другом объекте и… якобы увидели красное ухо потерпевшего.

Во-вторых, специалисты, приглашённые на процесс, ещё больше запутали картину. ЛОР-врач прямо заявил: травма барабанной перепонки, указанная в материалах, не характерна для удара рукой. Простым ударом по уху так не сделать — для такой баротравмы нужен пневмоудар: если бить ладонью и чтобы при этом воздух в ушную раковину загнать, нужна особая конфигурация ладони. Сергею Галкину вменяется по материалам дела именно удар кулаком — а его, по мнению врача, опрошенного судьёй, не было…

Тем временем реальные очевидцы той самой встречи охотников снова подтвердили: конфликт был, слова были, напряжение было. Но удара… никто не видел. Даже те, кто сидел рядом. И даже те, кто уже давал другие показания. Суду ещё предстоит разобраться, как так вышло, что столько человек вдруг синхронно «отвели глаза» в момент кульминации конфликта — так гласит обвинительное заключение.

Сам Сергей Галкин свою вину по-прежнему отрицает. Говорит честно: вспылить может, спорить умеет, но руку поднимать — нет. Особенно на человека старшего возраста. В районе этим его словам верят: за последние годы здесь многое изменилось благодаря его работе — дороги, свет, помощь учреждениям культуры, встречи с жителями не «для галочки». Важно отметить, что сам Галкин первым обратился к Бастрыкину в СКР с просьбой взять дело на контроль.

Сейчас весь округ наблюдает за процессом с горечью. Вместо того чтобы продолжать начатые дела, глава ходит по судам и экспертам. Потерпевшая сторона — тоже в судебных баталиях. И чем дальше идёт процесс, тем очевиднее становится простая мысль, которую сегодня озвучивают и жители, и юристы, и даже те, кто старается держаться в стороне: самое мудрое, что могут сделать стороны, — примириться. Остановить эту историю, которая уже перестала быть о конфликте и стала о том, как взрослые люди публично портят жизнь друг другу и развлекают этим половину республики.

Шемуршинскому округу нужны дороги, проекты, работа, а не бесконечная драма вокруг красного уха, правил охоты в угодьях богатой агрофирмы и «пневмоудара».